КОНВЕРТИРУЕМАЯ ПОМОЩЬ (КУПИТЕ НАМ КОНВЕРТЫ!)
Вот и началась наша абсолютно безденежная жизнь. В смысле, у Фонда "Право
Матери" закончились деньги на активную деятельность. В командировки нам
ездить не на что, и мы лишь грустно наблюдаем за тем, как происходят
судебные процессы по нашим искам в различных регионах РФ. Вчера звонила мама
погибшего солдата - в суде без нас ее довели до истерики. Если бы
Общественная палата этой осенью приняла решение хотя бы частично
профинансировать наш проект, эта мама сейчас бы не рыдала в телефонную
трубку. Но чего не случилось, того не случилось, теперь какое-то время нам
придется принимать звонки такого характера. Толком мы ничем не можем ей
помочь - только выслушать, посочувствовать, научить, как отложить судебное
заседание из-за плохого самочувствия, убедить, что с юридической точки
зрения - позиция безупречна. Но приехать в ее судебный процесс и быстро
поставить на место местечковых хамов нам сейчас не на что. Теперь коллектив
Фонда работает без оплаты на добровольной основе - как когда-то, двадцать
лет назад: Никто не спешит разбегаться по новым рабочим местам - новое место
работы вряд ли оставит кусок свободного времени для Фонда. Сколько Фонд
способен просуществовать без денег? Вообще, способна ли некоммерческая
организация с довольно затратным профессиональным бюджетом (командировки,
включающие в себя оплату авиа- или ж\д- билетов и гостиниц, профессиональных
экспертиз, почтовые расходы - в наших масштабах - это очень дорого) какое-то
время работать на абсолютно безденежной основе? Теоретически, пару-тройку
месяцев при удачном стечении обстоятельств. Удачное стечение обстоятельств -
это когда нам помогают знакомые и незнакомые люди. Помогают в прямом
смысле - кто как может. Явно (имена этих наших друзей вы можете найти в
наших отчетах) и тайно...
( Read more... )
- Чтобы иметь объективное понятие о реальности, придётся учиться читать между строк…
- Безусловно. Это во все времена было, не только сейчас. Сейчас хотя бы есть, где читать между строк.
- В таком случае, возможна ли вообще свободная журналистика, если всю жизнь читатель читал между строк?
- Гипотетически да, сейчас журналистика объективно свободнее, чем была 50, 100, 150 лет назад. Хуже всё равно не становится, прогресс налицо. Но феномен сегодняшней ситуации в отличие, скажем, от ситуации советского времени, в том, что сейчас приходится учитывать гораздо большее количество разнонаправленных сил, которые влияют на журналистику. Сейчас всё сложнее, запутаннее. Какой-то явной диктатуры нет. Но недавно я видел интервью одного политолога, его спрашивали по поводу давления на СМИ со стороны властей. Он говорит, что те люди, которые от Кремля работают с прессой – это самые вменяемые люди из всех, которые когда-либо работали с прессой за всю историю Российского государства. Имеется в виду, что кроме них ещё куча других людей есть, интересы которых тоже надо учитывать, и на выходе мы получаем то, что получаем.
- Если сравнить с советской журналистикой, получается, что раньше били тяжело и по одному месту, а теперь бьют легонько и сразу по многим и из многих сил. Так?
- Не то, что легонько, с разной силой. То, что субъектов политики и субъектов пиара стало гораздо больше, действительно так. Бить стали меньше в том смысле, что сейчас за высказывание каких-то оппозиционных взглядов в прессе не сажают. Есть осуждённые журналисты, но это единичные случаи и, как правило, это участники информационных войн либо очень неудобные журналисты-расследователи. В России речь идёт где-то о десяти людях, которые преследуются. На 150 тысяч журналистов России это крайне мало, но с другой стороны, какие-то воздействия на уровне денег, на уровне неисполненных угроз, которые повлияли, на уровне взаимоотношений с собственниками изданий - то, чего мы не знаем, то, что скрыто, но есть, влияет на итоговую журналистику.
Полностью.
...
Неверие в то, что жизнь может быть устроена иначе, чем в советском обществе, парализует всякое политическое действие, свидетельством чего может служить практическое упразднение российской многопартийности и местного самоуправления. Речь не идет о массовом энтузиазме, новой идеологии, милитаризме, которые сопровождают установление тоталитарных режимов, этого нет, и, видимо, уже не может быть. Но деисторизация или мифологизация массового сознания способствуют воспроизводству патернализма. Сохранение образа мудрой, стоящей над обществом власти, воплощающей традиции великой державы, не предполагает каких-либо механизмов контроля, а значит, освобождает ее от ответственности перед населением.
...
Это позволяет нам сделать некоторые выводы о функциях того ведомства, которое связывают с сурковской пропагандой. Она не ведет к реабилитации тоталитарного режима или его вождей, она подрывает основы моральной оценки прошлого и настоящего, лишая смысла саму идею ответственности власти за проводимую ею политику. В сравнении со временами тоталитарного режима, в котором идеология строительства «нового общества», формирования «нового человека» являлась важнейшей частью массовой мобилизации и легитимации власти и всего социального порядка, нынешняя пропаганда направлена исключительно на поддержание состояния аморализма и беспринципности, равнодушия к общественным вопросам и проблемам, отчужденности от политики.
Полностью - в "Ведомостях".
Например, когда копируешь группу файлов из одной папки в другую, где внезапно оказывается курсор мышки? На кнопке "Отмена". Где бы он раньше не находился, с началом копирования он ставится туда. И если не среагируешь и будешь думать, что жмешь, куда собирался, то нажмешь на кнопку "Отмена". Хотя ничего отменять не собирался.
Или у меня на работе клавиатура, на которой под клавишами Delete, End и Page Down какие-то идиоты пристроили три кнопки, две из которых выключают компьютер. Хотел стереть букву, нажал не глядя, промахнулся на сантиметр, и прощай, текст.
Я не говорю про клавишу Insert, которая вообще не нужна после того, как с Нортона перешли на Windows. Но на клавиатуре она есть. И тоже гробит тексты. Не целиком, правда, а только часть. Начинаешь набирать, и пока среагируешь, что новое съедает старое, можно полстрочки потерять. Тексты - ладно. Но она же телефоны в справочнике убивает! За это убил бы...
Полностью - здесь.
Прочитал я эти статьи (примерно 20 штук) и понял, что победителем можно назначать любого.
Потому что по этим работам ничего выявить нельзя.
Самый лучший текст, на мой взгляд, из "Ведомостей". Автор - студентка-практикантка. Но у меня большие подозрения, что тему ей дал начальник, телефоны комментаторов он тоже дал, а статью потом еще и поправил весьма серьезно. По крайней мере у меня с практикантами только так и получалось.
И что здесь оценивать? То, что редакторы в "Ведомостях" хорошие, я и так знаю. Вот если бы они исходник прислали, который эта девушка сдала, и подробный рассказ о том, как статья писалась, тогда бы было понятно. А так можно ставить хоть десять (максимум), хоть ноль (минимум). Справедливым может оказаться и то, и другое.
В региональных газетах сразу несколько статей было о работе службы занятости. Как они помогают работу найти. Комментарии были только начальников центров занятости. Анализа вакансий не было нигде. Это на сколько оценить можно? Вообще две трети материалов оказались пиаровскими. Одна девушка даже пиарила срочную службу в армии. Я думал, таких текстов со времен СССР не пишут.
Прислали также антиющенковскую заказуху, опубликованную в одном из региональных выпусков "МК". Сделано талантливо (хотя по-свински). Но опять же непонятна доля авторского участия. Ни по части таланта, ни по части свинства.
Один текст вообще оказался инструкцией, как новости читать с помощью RSS-потоков. Может, ему и дать первое место? Журналистики нет ни грамма, но нет и пиара, и написано, скорее всего, самим конкурсантом.
Умом я это понимаю. Но чувствую себя всё равно плохо. Наверное, слишком глубоко вбили идею про правильных начальников и правильных подчиненных. А в жизни все - неправильные!
И вообще всё воздается случайно, без какой-либо связи с заслугами.
Только на медлительных компьютерах (вроде моего рабочего пентиума-3 с оперативкой 256 МБ) новая почта тормозит жутко.
Такой медленной почты у меня не было со времен интернета через телефонный модем 32 Кбит. Нажимаешь на кнопку, и можно откусить, запить, прожевать, еще раз откусить и запить, и только потом появляется картинка. Потом можно еще раз откусить и выпить, и только тогда картинка оживает, и по ней можно нажимать по стрелочке.
Наверное, стоило сохранить старый вариант для особо тяжелых случаев вроде моего.
Гибель главного героя показалась надуманной. Он идет по кишлаку. На дороге сидит мальчишка-афганец с автоматом. Майор проходи мимо, мальчишка стреляет ему в спину.
Ну, не мог опытный офицер повернуться спиной к врагу с автоматом!
А сегодня дошло. Это было самоубийство. Только так показанное, что я не понял, когда впервые смотрел фильм году в 1991-м примерно. И сейчас сообразил чуть ли не через неделю.
Напомню сюжет. Майор-десантник живет с медсестрой на военной базе в Афганистане. В Союзе у него семья. А любит он - медсестру. И медсестра его любит. Войска вот-вот выведут. Что делать с семьей и медсестрой, майор не знает.
И он решает покончить с собой. Но не застрелиться, а погибнуть в бою. Вначале он колеблется. Устраивает сцену своему начальнику ("Не могу идти на задание, натер ногу"). Но в последний момент выкидывает другого офицера и сам становится во главе штурмовой группы, которая идет в кишлак.
Со стороны кажется, что он не смог отсиживаться в тылу, когда его солдаты воюют. И что пощадил мальчишку-афганца, который его застрелил.
Т.е. суперпривлекательный образ.
А на самом деле мужик запутался между женой и любовницей. Не может порвать с прошлой семьей и открыто (за пределами базы) жить с любимой женщиной.
И решает вообще ничего не решать.
Сгоревшие лампочки завернул в бумагу, раздавил и разложил по почтовым ящикам.
Когда его поймали жильцы, вначале говорил: "Это не я".
Потом: "А куда мне их девать?"
Любой закон состоит из текста и идеи. Текст – это формулировка закона, его буква. Идея – то, что имели в виду, когда закон принимали, его дух. В университетских учебниках по правоведению написано, что дух закона главнее буквы. Что тот, кто закон применяет, всегда должен спрашивать себя: «Это ли имел в виду законодатель?» Потому что, как бы грамотно закон ни сочиняли, жизнь все равно окажется сложнее. Все равно будут случаи, когда буква закона нарушена, а дух – нет. Или наоборот. И законным окажется то решение, которое соответствует именно духу закона, его идее, а не конкретной формулировке.
Люди в погонах часто поступают наоборот. Напрочь забывают про дух закона и с помощью буквы мешают жить людям. Например, службу наркополицейских создавали, чтобы ее сотрудники ловили торговцев наркотиками. А они ловят ветеринаров с обезболивающим для собак, кондитеров, выпекающих булки с маком, химиков, синтезирующих резину. Или статья про запрет сексуальных отношений с подростками до 16 лет. Она была предназначена, чтобы сажать взрослых клиентов малолетних проституток. Но почему по ней сажают 18-летних мужей 15-летних жен? Парней, которые не бросили своих беременных подруг? Неужели у прокуроров не хватает мозгов отличить одно от другого?
( Read more... )
Вице-президент фонда «Либеральная миссия» социолог Игорь Клямкин исследовал коррупцию в вузах. Оказалось, что в одних учебных заведениях у студентов есть выбор: учиться или платить. В других – выбора нет, и платить вынуждены все: «Перед началом сессии студентам объявляют прейскурант. Сами преподаватели напрямую об этом не говорят, но всегда находятся такие студенты, которые агитируют остальных, чтобы они скидывались деньгами». Помимо преподавателей «откаты» получают сотрудники деканатов. За деньги они могут выписать допуск на зачет или экзамен сверх установленных пересдач либо закрыть сессию задним числом. А вот продажей готовых рефератов, курсовых и дипломных работ преподаватели вузов почти не занимаются. «Этот рынок вышел за рамки внутривузовских отношений и примыкает к рынку потребительских услуг», – считает г-н Клямкин.
Преподаватели редко берут в одиночку, говорит адвокат Евгений Архипов. В коррупционную цепочку встроены и посредники – аспиранты, лаборанты кафедр, старосты групп и вузовское руководство – декан или ректор, которые покрывают взяточников. Руководство вузов обогащается другими способами и просто закрывает глаза на взяточничество рядовых преподавателей, возражает «НИ» завкафедрой микроэкономического анализа Высшей школы экономики Марк Левин: «Существует негласная договоренность: вы нам не мешаете, мы – вам».
Чаще других взятки берут по наиболее сложным или непрофильным предметам. По словам г-на Левина, в технических вузах это высшая математика и иностранный язык. Как выяснили «НИ» из опроса студентов, многие платят за зачеты по физкультуре. Потому что для зачета нужно посетить определенное количество занятий, а студенты физкультуру обычно прогуливают. Правда, берут за физкультуру, как правило, «копейки».
Студентов побуждают раскошеливаться под угрозой отчисления. «Приходит поток в 100 студентов. Не сдают 80. Пересдача – десять сдали, остальные – нет. Сессия заканчивается, напряжение нарастает. И основная масса платит», – говорит г-н Архипов. Он считает, что главное – продержаться до последнего, и тогда можно будет сдать и бесплатно. История студента МТУСИ Константина Е. это не подтверждает: «В прошлую сессию преподаватель заявила нескольким студентам, что сдать зачет им будет «трудновато». После чего завалила. Я с одним хвостом добился допуска до экзаменов и сдал сессию на «хорошо» и «отлично». Попробовал пересдать зачет еще раз, и опять провал. На беседу с преподавателем поехали родители, так как мне грозила армия. Преподаватель объявила сумму в 100 долларов».
Нередко взяточничество принимает форму платы за дополнительные занятия. «Преподаватель на занятии объясняет решение расчетно-графической работы. Приходишь домой, садишься решать и понимаешь, что препод ни хрена не объяснил. Возвращаешься и спрашиваешь, а тебе показывают на дверь и говорят, что там висит расписание консультаций. Консультации – платные, и не через банк, а напрямую», – жалуется «НИ» студент Московского государственного университета природообустройства. «Нужно запретить преподавателям давать частные уроки студентам своего вуза. Но преподавательское сообщество будет против, так как это – важная часть их заработка», – поясняет завкафедрой Марк Левин.
Студентки - из разных вузов, встретил я их - в разных местах. Да и сами они очень разные во всех отношениях.
Но обе первым делом сообщили мне, что работы по моему предмету сделали, но у них сгорели компьютеры вместе с этими работами.
Наверное, сами поджигали.((
Меня зовут Уиллсон AWA я одного мальчика, не женат ищет женщину, которая хорошо understnds любовь, как доверие и вера, а видеть ее как способ развлечения, а женщины созрели scence с хорошим юмором, следует помнить, что возраст и расстояние в Ноттинг к с отношения, какие вопросы есть любовь. Я считаю, что мы можем начать отсюда,
Мне очень приятно, если вы выполните мое приглашение я буду рад узнать вас.
Я 28 лет, я приехал из Либерии, в Африке, и я только дочь доктора Уилсона Ава. Мой покойный отец был директором 'AWA INDUSTRIAL COMPANY LIMITED' (AICL) до его смерти в результате войн происходит в моей стране.
Он был одним ранним утром нападение из наемных убийц, в результате чего погибли мои родители на хладнокровно, как я только одно осталось. Мне удалось вылетел в ближайшем к стране Сенегала Дакаре, где мы находимся в настоящее время пребывания в качестве беженца. Я делаю мой второй год в школе медсестер до инцидента. Я хотел бы узнать ваши пристрастия и предубеждения, и чем вы занимаетесь в настоящее время.
Я скажу Вам больше обо мне в моей следующей почте.
Ожидание услышать от Вас, Бог благословит вас.
С уважением,
Уиллсон.
( То же самое на английском. )
Редакторский анализ автор свел к перечислению рубрик с кратким описанием. И немного про особенности языка, но с ругательным уклоном: "Создатели журнала не гнушаются использовать в своих произведениях разговорную лексику, молодежный сленг".
И ведь пятерку получит...
Profile
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif)
kolesni4enko- kolesni4enko
Syndicate
